Решение ЕСПЧ: Украина должна выплатить 4000 евро украинке за яичницу на Вечном огне

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) обязал Украину выплатить 4 тысячи евро украинке Анне Синьковой за ее арест после того, как она провела перформанс с приготовлением яичницы на Вечном огне в Киеве.  Об этом сообщает «112.ua» со ссылкой на решение ЕСПЧ, вынесенное 27 февраля.

«Суд постановил, что государство-ответчик (Украина) должно выплатить заявителю 4000 евро плюс любые налоги, которые могут подлежать возмещению в качестве компенсации морального ущерба в валюте государства-ответчика», – говорится в решении ЕСПЧ.

Кроме этого, Европейский суд по правам человека в своем решении от 27 февраля отклонил жалобу Синьковой по ключевым пунктам. В ЕСПЧ не увидели достаточных аргументов в пользу того, что дело имеет признаки политического преследования. Также отмечается, что осуждение за надругательство над захоронением нельзя считать ограничением свободы слова.

Суд также отметил, что «Вечный огонь» – это не «просто газ», как на том настаивала заявительница. Кроме того, Страсбургский суд не нашел нарушений в первоначальном аресте девушки. При этом тот факт, что ее держали в СИЗО почти месяц после того, как срок ареста истек, стал достаточным поводом, чтобы утверждать о нарушении Европейской конвенции по правам человека.

Напомним, Анна Синькова, участница организации »Братства Святого Луки», была задержана 16 декабря 2010 года в парке Славы в Киеве. На мемориале Вечного огня Синькова и несколько человек жарили яичницу и сосиски. Девушка снимала все на видео, позиционируя это как акцию протеста и патриотизма.

Ее арестовали по обвинению в хулиганстве. Синькова провела под арестом три месяца. Суд признал ее виновной в осквернении могилы и приговорил к трем годам условно.

В 2011 году девушка пожаловалась в ЕСПЧ на нарушение ее прав по ряду эпизодов. Она считала незаконным ее начальный арест и пожаловалась, что оставалась под стражей даже после того, как срок ареста истек. Осуждение она считала нарушением права на свободу слова, а все дело, по ее убеждению, имело признаки политического преследования.